Вторник, 01.03.2016
Другие материалы в этой категории: « Харбин, белая эмиграция Что считать подделкой »

Угадать современность

Первая ассоциация, возникающая при виде словосочетания «современное искусство» − это, в большинстве своем, непонятные, но бесконечно концептуальные инсталляции или перформансы, посвященные тем или иным проблемам. Реже в ассоциативный ряд включаются отдельные вещи, приближающиеся к привычному «традиционному» искусству – картины, скульптуры; но и они окутаны невидимым флером сложных идей и концепций, до которых даже самому внимательному зрителю сложно докопаться без специальной подсказки автора или искусствоведа. Википедия же дает весьма размытое определение данного термина, которое вряд ли поможет человеку, пожелавшему познакомиться с этим очень специфическим периодом в истории искусства и хоть сколько-нибудь сформировать свое представление о нем: «Современное искусство (англ. contemporary art; в 1990-х годах в ходу был перевод «актуальное искусство») — совокупность художественных практик, сложившихся во второй половине ХХ века. Обычно под современным искусством понимают искусство, восходящее к модернизму, или находящееся в противоречии с этим явлением. Не случайно, что существуют Museums of Modern Art и Museums of Contemporary Art». Сегодня мы попытаемся оторваться от термина «современное искусство», и обратиться непосредственно к первичному значению слова «современное», и понять, что же действительно считать современным искусством, а что – нет.

На сегодняшний день музеи и галереи, где хранится художественное наследие мастеров прошлого, и галереи, где экспонируется искусство настоящего, живут, по сути, в совершенно разных мирах. Исходя из этого утверждения, зритель, пришедший, скажем, в Эрмитаж или Лувр, попадает, грубо говоря, на «кладбище искусства», в то время как в галереях современного искусства жизнь бьет ключом – большинство произведений созданы совсем недавно, если не на днях. Если же в галерейном пространстве проводится перформанс, в котором задействованы как художник, так и зрители, то это всегда действие происходящее непосредственно здесь и сейчас – куда уж современнее. Тогда совершенно закономерно возникает вопрос, почему же работы прошедших десятилетий по-прежнему являются современными, т.е. идущими в ногу со временем, в то время, как произведения, выполненные полвека назад, современности – в полном смысле этого слова – не отвечают.

Автору этой статьи как человеку, чье сознание окрепло только в 2000-х, искусство, например, 1990-х годов во многом не понятно. И дело даже не в том, что автор недостаточно хорошо разбирается в «современном искусстве», а в том, что зачастую ему неизвестен контекст этих произведений. Если желающий приобщиться к современному искусству не знает контекста, если он, не в курсе какая, например, политическая или социальная обстановка царила в мире или конкретной стране в такой-то год, или какие переживания наполняли художника, когда он создавал данное произведение, то, соответственно, даже при всем желании, зритель не сможет понять всю подоплеку экспонируемых вещей, их идею – ему неизбежно придется обращаться к справочному материалу, будь то сопроводительные надписи рядом с произведениями или та же Википедия. Вырванные из исторического контекста произведения современного искусства совершенно «молчаливы» и не несут никакого послания неподготовленному, но интересующемуся зрителю. Конечно, в таком случае можно абстрагироваться от идеи и семантики арт-объекта и просто предаться наслаждению прекрасным – ведь искусство подразумевает красоту. Но и в этом случае зритель зачастую сталкивается с новой проблемой – с отсутствием красоты.

Сложно с непогрешимой точностью выявить тот момент, когда внутри искусства произошел страшный надлом. Если до определенного времени этика и эстетика являлись равнозначными и непреложными составляющими любого произведения искусства, будь то картина или ваза, то к середине XX-го века они постепенно стали расходиться, а спустя несколько десятилетий научились и вовсе существовать друг без друга. По каким-то неведомым причинам красота стала чем-то неважным, обыденным и даже пошлым. Искусство, одной из главных целей которого всегда было приобщение человека к красоте, отказалось от этого главного своего постулата, решив, что «идейность» куда важнее.

Это нисколько не упрек современным художникам, все они, безусловно, имеют художественное образование и умеют рисовать и лепить «как надо». Однако, когда они делают «как надо», то и здесь, почему-то, в большинстве своем, вещи не впечатляют и не затрагивают потаенных струн души. И это нисколько не вина художников, среди которых есть множество талантливых и одаренных. Просто им приходится пожинать плоды разлада, который был подготовлен еще в XVIII веке, а в XX веке стал необратимым.

Одним из этих плодов является утрата вымысла, без которой художник, насколько бы он ни был талантлив, не сможет преобразить действительность в искусство. Вымысел, «возвышающий обман», - скрепляющий раствор, который делает произведение целостным и гармоничным, наполняет его жизнью. С исчезновением и утратой вымысла разваливается здание произведения и то, что было подлинной жизнью, становится, в лучшем случае, тусклым отголоском действительности с картонными героями в кукольных домиках. Невозможность преобразить произведение парализует художника, отделяет его от мира – так появляется «литература ради литературы» и «искусство ради искусства». «Не искусство расширено до мира, а мир сужен до искусства» − говорит в своем труде «Умирание искусства» Владимир Вейдле. А раз так, то и зрителю в этом мире почти не остается места.

Художник всегда выражает свой взгляд на мир явно. Но если это настоящее произведение искусства, то в нем обязательно присутствует недосказанность, зазор. Это своего рода интервал, пауза, которую зритель заполняет собой, своим миром и своим видением. Но это никак не та пропасть непонимания, которую возможно преодолеть только с помощью специальных подсказок. «Современное искусство» совершенно узурпировало право зрителя на собственное осмысление того или иного произведения, указав ему что и как он должен воспринимать.

В итоге современное искусство предлагает человеку довольствоваться чем-то одним: либо формой, либо содержанием – в наши дни эти вещи выступают в комплексе крайне редко. Такой подход бесконечно вреден зрителю, а в результате и искусству, потому что без зрителя оно не может существовать.

Возвращаясь к проблеме современности, выходит, что «современное искусство» современно только сегодняшнему дню, месяцу, году. Но, чем больше проходит времени, тем больше мир обрастает все новыми и новыми проблемами, и произведения, созданные 5 или 7 лет назад уже не отвечают потребностям сегодняшнего дня. В итоге они оказываются бесконечно устаревшим и действительно «мертвыми», потому что жизнь в них поддерживала мимолетная ангажированность, а не высокое художественное исполнение или по-настоящему глубокий смысл.

И здесь нам неизбежно нужно начать разговор о прошлом. О том самом «мертвом» и «старом» искусстве, которое десятилетиями, висит в музейных залах. Полотна и скульптуры, созданные художниками несколько столетий назад, в отличие от шедевров «современного искусства», будут актуальны и востребованы всегда, именно потому, что они неактуальные и не современные, а вневременные.

Когда мы смотрим на икону 14 века или на картину Рембрандта, мы уже тем самым в определенной мере отрываем их от прошлого и делаем частью современности, потому что эти вещи существуют здесь и сейчас в одном с нами пространственно-временном континууме. И в то же время, исторически они принадлежат другой эпохе. Таким образом, их присутствие не ограничивается конкретным моментом, и они как бы одновременно принадлежат двум разным мирам – нашему, современному, и тому – прошлому. Связь с ними, в сущности, непрерывна, и как они были современными в полном смысле слова тогда, такими они остаются и сейчас.

«Но постойте», − скажете вы − «а что мешает нам то же сказать о произведениях «современного искусства» 1990-х годов, о которых велась речь в самом начале?» Дело в том, что в старых произведениях искусства (особенно если мы говорим о полотнах и скульптурах, выполненных до XVIII века) затрагиваются не проблемы повседневности сиюминутного характера (а наши проблемы, по сравнению с вечностью, действительно сиюминутны), а глубинные и непреходящие. Это проблемы бытия, веры, жизни и смерти – те вещи, которые будут важны, интересны и актуальны до тех пор, пока на земле существует человек. Иногда они изображены прямолинейно и простодушно, как на средневековых миниатюрах, иногда метафорически и иносказательно, но они почти всегда присутствуют на полотнах старых мастеров. Но было бы большим заблуждением утверждать, что абсолютно все произведения ушедших веков поднимают эти вопросы. Есть и вторая категория «старых вещей» − они не задают глубинных вопросов мирозданию и человеку, но показывают нам красоту преображенного видением и мастерством художника мира. В бесчисленных голландских и фламандских натюрмортах XVII века, в пейзажах XIX, да даже и в некоторых вещах совсем недавних есть искренняя теплота жизни и подлинная сила художественного творчества, которая не может не отозваться в том или ином человеке.

Таким образом, оказывается, что «старое» искусство в гораздо большей степени отвечает семантике слова «современный», нежели «современное искусство», так называемое, в двойных кавычках, которое выставляется на больших биеннале.

В современном искусстве или же недавнем – нам остается только выискивать такое, в котором бы мы могли узнать ту неподдельную теплокровную, а не имитационную жизнь и убедительность прошлого. Но ведь его еще нужно найти. И хочется верить, что оно есть, существует и живет, но вынуждено прятаться, как первые христиане в катакомбах, потому что современное искусство, то, которое мы можем видеть на большинстве выставок, искусством-то сложно назвать. Музеи в какой-то момент стали называть «кладбищами искусства», но как раз там, в этих старых картинах и скульптурах горит подлинная жизнь, в то время, как на биеннале современного искусства «мертвые хоронят своих мертвецов».

Попытка угадать современность в несовременном, то есть «другую» современность − является одним из важнейших устремлений любого человека. И каждый посетитель музея, галереи или биеннале хочет найти свою собственную современность. Для одних это будут античные статуи, для других – большие исторические полотна, для третьих – акварельные пейзажи. Это то искусство, которое находит живой отклик в душе того или иного человека, приносит подлинную радость и преображает обыденность.

Источники фотографий:

01 – «Земной шар» в Ватикане установлен в 1990. Работа итальянского скульптора А. Помодоро. Автор фото – Сафонова В.

02 – Инсталляция в старом Яффо (Израиль, 2009 г.); здесь еще живут летучие мыши. Автор фото – Сафонова В.

03 – Выставка в галерее «Osnova». Фото взято с официальной страницы в Facebook исключительно в ознакомительных целях.

04 – Ржавые металлические инсталляции; выставка современного искусства на территории Версаля (Франция), 2011 г. Автор фото – Сафонова В.

05,06 – Фото с выставок в Музее «Гараж», с официальной страницы в Facebook.

07 – «Саския в красной шляпе» (1633/1634). Рембрандт ван Рейн.

08 – «Заросший пруд», 1879 г. В. Д. Поленов.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Вверх